July 26th, 2015

bukvoed

Мерхавия.



Этот скромный сквер в кибуце Мерхавия, что к востоку от Афулы, когда-то был северо-западным участком рва, окружавшего замок крестоносцев Ла Фев. Замок стоял на небольшом искусственном холме, оставшемся от древнего поселения. Раскопки холма никогда не проводились, но случайные находки указывают на раннюю или среднюю бронзу. Как и в случае с Тель Афула, наш объект может быть одним из двух Апр-ов / Апл-ов, фигурирующих в списке времён Тутмоса III; и опять же как в случае с Тель Афула, дальше тишина. Видимо, со временем этот Апр / Апл трансформировался в арабское аль-Фула (боб). Документ 1101 года упоминает среди собственности монастыря на горе Тавор Elful; в других, от 1103 и 1146, находим Elfule и Effule соответственно (хм, а есть ли какие-нибудь признаки, указывающие на то, что это именно "наш" объект, а не Тель Афула ?). О замке в этих местах впервые пишет германской пилигрим Теодерик (1172) - мол, у подножия Малого Хермона (ака Гиват а-Море) тамплиеры построили значительный замок и в полях около него - колодец с колёсным механизмом (очевидно, антилией) для добычи воды. Над названием замка долго не размышляли - взяли арабский "боб" и перевели на французский (La Fève) / латынь (Faba). Возле замка сходились дороги в Кейсарию, Тверию, Бейт Шеан и Самарию, и в результате он отметился в ходе кампании 1183 года. Армия крестоносцев под началом регента Ги де Лузиньяна сделала привал возле замка перед выдвижением на юго-восток, где у источников Тубании (теперь Айн Тубаун, найти на карте не выходит...) разбил лагерь Саладин. После вялотекущего противостояния султан отчаялся спровоцировать крестоносцев на генеральное сражение в выгодных для него условиях и снял лагерь. Не будучи уверены в намерениях сарацина, франки вернулись к стратегическому перекрёстку у Ла Фев, откуда в случае необходимости можно было выступить, например, на помощь Тверии; но оказалось, что опасность миновала.

Следующие драматические события в окрестностях Ла Фев произошли первого мая 1187 года. Де Лузиньян к тому времени стал королём; и (если не считать Саладина) одной из главных проблем на его повестке дня были скверные отношения с Раймундом, графом Триполи и лордом Тверии. 30 апреля в замке остановилась делегация, направлявшаяся к Раймунду - великий магистры тамплиеров Жерар де Ридфор, великий магистр госпитальеров Роже де Мулен и архиепископ Тира; к ним должны были присоединиться Рейнальд Сидонский и кузнец Балиан Ибелин, но оба припозднились. Здесь делегатам стало известно, что неподалёку шатается мусульманский отряд, а Раймунд манкирует. Де Ридфор немедленно вызвал подкрепление из Какo, прибывшее к исходу дня. На следующий день христианский отряд (90 тамплиеров, 10 госпитальеров и 40 светских рыцарей из Назарета, плюс какое-то количество незнатных особ, коих никто не считал) настиг супостата у источника Крессон и сгинул практически полностью; среди немногих спасшихся был магистр рыцарей храма. Прибывший на следующий день Балиан обнаружил пустые палатки, распахнутые ворота и несколько больных, которые были не в состоянии толком объяснить, что произошло с остальными. Зная количество тамплиеров при Крессоне, а также исходя из того что (1) оригинальный эскорт магистров был примерно одинаковым, и (2) в Како было скорее всего меньше рыцарей, чем в гарнизоне Ла Фев, Кедар с Принглом оценивают последний в 50-60 всадников.

Дальше, естественно, была катастрофа четвёртого июля, позволившая Саладину прибрать к рукам почти всё Иерусалимское королевство. Взятию интересующего нас в данный момент Ла Фев Имад ад-Дин, секретарь султана, посвящает цветастый комментарий, из которого можно понять, что остатки гарнизона сдали замок в обмен на гарантии свободного отступления:

And al-Fula was the best castle and the most fortified, the fullest of men and munitions and the best provided. And it was for the Templars a very powerful fortress, a strong place and a reliable pillar. They had there an inaccessible fountain, an excellent pasture place, a firm base; and there they spent winter and summer. It was a place where they met and received people, a place where they guarded their horses, a place where the torrents [of their men] flowed, a meeting place of their brethren, the residence of their devil and the place of their crosses, where their masses assembled and their fire was kindled. When the day of the battle arrived, they came to their downfall, being certain that gloom would have no power over the lucidity of that place. And when they were defeated and taken prisoner, lost and trodden down, the hills of al-Fula were empty, their people dispersed, the blood of their Templar knights drained out, their drawn swords never more to be joined to their scabbards. Only subjected poor people, squires, valets and dispersed groups remained there. They had no longer any power to protect the place and found security in asking for a safe conduct. And they handed over the fortress to the Sultan with all that was in it; and there were there the best of their treasures and the most precious of their jewels. And they relied on the contract which they had made, and they left in order to escape.

Collapse )